beanshee
Праздник Жатвы, или Последний роскошно скучный день в жизни.


Хрустнуло. А, черт, это ж надо так неудачно зевнуть.
Какой напряжный день! Эта беготня с Праздником Жатвы уже в печенках. А это ведь только начало. Еще Дэйгун со своими шкурками. Во гемор-то. От созерцания Эми и Бивила, да еще с такими раскрасневшимися от энтузиазма физиономиями у меня чуть не началась изжога. Ну почему я? Они что-то кудахтали, но разобрать я смогла только «кубок», «куча приезжих», «участвовать» и «Даймэ, ну даваааааай, ну пожалуйстааааааа».
- Нет, - отрезала я.
- Ну почемуууу?, - надула щеки Эмми. Интересно, она думает, что это мило?
- У меня планы.
- Какие?
- Оттарабанить шкуры торговцу, забрать лук, свистнуть медовухи, выдудлить и завалится спать. Вопросы?
Вопросов оказалось много. Опять я разобрала только «как ты можешь», «не гони», «я хочу», и все то же «ну пожалуйстааааааа».
- Не обсуждается.
Как и ожидалось, на пути к торговцу у меня нарисовался эскорт. Шумный и надоедливый. Ну почему мои друзья идиоты? Хотя, других тут завести и не удалось бы. Западная Гавань – просто кладезь, полный такими одаренными людьми.
Ааааа! Тьфу, тьфу, еще раз тьфу! Георг Редфелл, номер один в списке этих самых гениальных людей. От моей кислой физии, наверное, скиснет молоко во всей Западной Гавани.
- О, доброго времени суток, молодые люди! - напыщенно сказал Георг, пожимая руку Бивилу. Этот олух, конечно же, не замедлил слетать на седьмое небо от такой чести. – Какой прекрасный денек. Под стать такому замечательному событию, как Праздник Жатвы. Видели, каким популярным он стал? Народу видимо-невидимо со всех окрестностей и не только…
И тут Георга понесло. Солнце печет, шкурки воняют, глаза Эми и Бивила сияют. Идиллия, мать его так-растак. Зевок. Хруст. Тихий мат.
- Даймэ, не надо так демонстративно показывать свое отношение. Все предыдущие восемнадцать лет ты только это и делала. Ты… - недовольно начал свою очередную нотацию Георг. Он меня не особо жалует. Еще бы! Если бы у него были волосы, он бы точно поседел из-за меня.
- Ну скажем не только это, - перебила я его. – Еще я демонстрировала свое превосходство окружающим, в основном путем драк и потасовок, втягивала в неприятности твоего любимца Бивила и тырила пироги с подоконников. Хозяйки в бешенстве. Я вот думаю, мне стоило поблагодарить их за вкусные пироги и рассказать грустную историю, как мне плохо живется без матери и они бы все простили. Даже побитых сыновей. Ан нет, эта преступница малолетняя еще и пироги обзывает сухарями и коровьими лепешками.
- Добавь еще сквернословие и богохульство, - серьезно добавил Бивил.
- Хулиганство, дебош и нашествие магических кусючих москитов, - поморщившись, сказала Эми.
- Чё за москиты еще? - не помню я такого. Да и в магии я не сильна.
- Это когда ты вконец достала Тармаса, стырив у него какую-то странную светящуюся пыльцу. Ну помнишь, ты еще посыпала ею пса тети Ретты и ночью был переполох, когда эта псина начала носиться по улицам светясь и лая.
- Ах, да. Вспомнила. Тармас в бешенстве наслал этих москитов. Меня не было тогда. Я смылась на пару дней в Топи. С Тармасом шутки плохи.
Бивил и Эми понимающе закивали. Эми была его ученицей и дело нередко доходило до слез. Бивил же часто оказывался втянутым мной во всякие неприятности. Но я шустрая, а он нет. Поэтому все орехи чаще всего падают на его набитую шерстью башку. М-да, у Тармаса скверный характер и еще более скверные фокусы за пазухой.
- Ладно, хватит о приятном, - если дам себя втянуть в этот треп, никогда не доберусь до дома. Еще медовуху выпьют и тырить будет нечего. – Салют, Георг.
- Постой. Ты ж не записалась на участие в соревновании за Кубок Жатвы.
- Логично.
- Что?
- Я не собираюсь участвовать. Поэтому логично не записываться.
- Как не участвуешь?! – глаза Георга опасно приблизились к орбитам. – Это что же… а… но… Ведь праздник. Развлекательная программа….
- Пока, Георг.
- Одно из заданий будет рукопашная. Моссфелды уже заждались тебя.
Моссфелды. Я хоть и не особо высоко ценю жителей Гавани, но я не ненавижу их. Но эти братья-дегенераты – другое дело. Особенно Уил. Я бы с удовольствием прикончила его где-то на болотах, предварительно отрезав ему пальцы, один за другим. Но он бы скорее сам отрезал себе пальцы, чем остался со мной один на один в пустоши. Два брата с максимумом мышц и минимумом мозгов ему пришлись явно кстати.
- Неужели ты хочешь, чтобы я устроила очередную разборку с ними?
- Не разборку, а спортивное состязание, - со значением поправил Георг.
- Назови говно розой, но оно все равно останется говном. В любом случае я не собираюсь драться ради потехи кого-то там.
- Но…
- Слушай, тебе не кажется, что подбивать меня на то, за что порол розгами в детстве и садил под домашний арест недавно, как минимум нелогично. Про мораль я вообще молчу.
Эми тихо что-то пробурчала. Недостаточно тихо для чутких ушей, что достались мне от эльфьей матери.
- Это с чьих же уст слово «мораль» звучит как издевательство? А, Эми?
- Эмм… ты о чем? -, глуповато улыбнувшись и невинно хлопнув ресницами спросила Эми. Съезжать на дуру – коронный прием Эми. С некоторыми срабатывает. Но у меня, к сожалению Эми, полный и безоговорочный иммунитет к нему.
- Послушай, Даймэ, - не сдавался Георг, - давай сделаем так: ты участвуешь в соревновании, а я на две недели освобождаю тебе от ополченских дел.
Это уже лучше. Я терпеть не могу его игру в Ополчение, но меня чуть ли не всем поселком туда втянули с одобрения Дэйгуна. Чтобы у меня времени было меньше шататься без дела и создавать неприятности.
- Месяц.
- Месяц, - уныло протянул Георг.
- По рукам. Пошли, детки, я разберусь с торговцем, и приступим к выбиванию дерьма с Моссфельдов.
- А правила? - какая-то обреченность прозвучала в голосе бедного лысого капитана.
- Ну тогда пусть детский сад остается выслушивать твою речь, а я пойду займусь делами.
Быстро закончив дела с пускающим слюни торговцем, я поспешила отдать лук отчиму. Руки, конечно, чешутся дать этому торгашу по шее за его блуждающий в непотребных местах липкий взгляд, но бизнес есть бизнес. Тем более что бизнес не мой, а Дэйгуна. Лук, впрочем, отличный. Так что оставлю его в покое. Пока.
О, Дэйгун. Как хорошо, что я его встретила по дороге. Не придется тащиться до нашего дома-отщепенца. Отчим тоже похвалил лук. Правда по-дэйгуновски, то есть одним коротким взглядом, который большинство людей приняли бы за угрюмый.
- Ты куда?
- На стрельбище. Попросили вести соревнование по стрельбе, - совсем уж хмуро ответил он. Как я его понимаю! Хоть мы и не очень похожи, но кое-что нас объединяет. Например, нелюбовь к молоку, дуракам и общественным мероприятиям.
- Там и встретимся.
- Ты тоже участвуешь? – его изумление выразилось в приподнятой на полмиллиметра брови.
- Угу.
- Хорошо. Не вляпайся.
- Угу.
Недалеко от арены (если ареной можно назвать огороженный четырьмя кривыми палками и старой бечевкой пятачок) раздражающе заалело какое-то пятно. Брат Мерринг! То что надо. Будет кому откачивать Моссфелдов.
- Драсте, брат.
- И тебе привет, Даймэ. Как всегда полна агрессивными мыслей? У меня мурашки от твоей ауры.
- Ой, брат, у вас тоже мурашки? Я думаю, это как-то связано с теми субъектам, которые сверлят мне спину убийственными взглядами. Вы правы, аура просто отвратительная, - для пущего эффекта я сочувственно покачала головой.
Субъекты, а точнее Моссфелды, и вправду вперились в меня мутными глазами. Эль, небось. Ну и дебилы.
- Брат, это совсем-совсем рукопашная? – с надеждой спросила я.
- Можешь взять дубину из бочки справа.
Ну хоть что-то. Правда, дубина – это громко сказано. Ну скажем, дубина, которая очень много болела в детстве.
- Моссфелды уже всех победили. Победишь их – состязание за тобой. Даймэ, только без фокусов. Давай не будем омрачать праздник, хорошо?
- Напротив, брат, - сладенько мурчу, - все ради веселья нашей замечательной общины. Развлекательная программа.
Подозрительно глянув на меня, брат осмотрел мои перчатки, рукава и голенища на предмет металлических предметов и утяжелителей. Мерринг меня тоже не особо жаловал. Еще бы! Мне тоже не улыбалось бы вечно штопать отколошмаченных дурней, слушая их жалобы.
- Предупреждаю еще раз, Даймэ, это спортивное состязание, а не драка на полную.
- Так не бывает, брат. Либо ты бьешь, либо нет. Если будешь колебаться – получишь по чайнику от того, кто такой глупости не сделал.
От очередной порции нотаций меня спасли Эми и Бивил. Надо же, они тоже бывают полезны. Окинув взглядом сучки, которые брат Меринг почему-то окрестил дубинками, я выбрала самую подходящую и вальяжной походкой двинулась к братьям Моссфелдам.
- Эми, по правилам мы должны выйти все вместе. Поэтому не вздумай крутиться под ногами, усекла? Бивил, возьмешь на себя Уэбба.
Спорить никто не стал. Правильно.
- Заставляешь себя ждать, полукровка, - злобно прокаркал Уил.
Ненавижу. Особенно его масленые глаза, которые словно марают мое тело. Ненавижу.
- Ты меня ждал? Удивительная жажда быть покалеченным.
- Мы еще посмотрим, кто кого покалечит. Я даже готов поспорить на золотой, что отлупцую тебя, как дворнягу. Хотя ты и есть дворняга. Безродная и беспородная.
- Спор на деньги против правил, - тихо зашептал мне Бивил.
- Заткнись, Бивил. А с тобой, ублюдок, я спорить не буду. Вместо этого, я когда-нибудь заберу этот золотой с твоего трупа.
Он меня разозлил. Как же я жалею, что мой кастет остался дома. И пофиг на Мерринга.
Зеваки уже начали собираться, и Мерринг дал добро на бой.
Эми, овца ты беспомощная! Даже заныкатся не в состоянии. Ну, ничего страшного, от шишки не умирают. Лучше сейчас подумать о себе. Как и предполагалось, Уил с третьим, самым младшим и самым недалеким братцем насели на меня, пока Бивил кое-как отбивался от здоровенного Уэбба. Но этим медленным увальням никогда меня не достать. По сравнением с милыми тварючками, которых можно встретить в Топях, они просто поросшие мхом бревна.
За секунду до того, как моя ступня хорошенько впечаталась в квадратную и совсем уж неинтеллигентную рожу Уорда Моссфелда, я краем глаза уловила металлический блеск. Ах, брат Меринг, какая же вы некомпетентная скотина! Меня так чуть ли не под увеличительным стеклом обыскивал, а этих головорезов пьяных посчитал честными и порядочными? В чем-чем, а в хитрости и сволочизме Уил мастак. Он сделал выпад из-за только что поверженного брата, прикрывая от зрителей тонкий стилет. Даже не мечтай, козел. Вывернув ему руку и дав по печени с колена, отобрала ножик.
- Я тебе его верну, сукин сын, - прошипела ему в ухо, быстро пряча кинжал. И переломала руку. Чуток перестаралась: кость разорвала кожу и отвратительно забелела среди потеков крови. Его визг наверное слышно в Уотердипе.
Позади слышно чудовищное сопение. Бивил, однозначно. Только он сопит как подыхающий мамонт от нагрузок, хоть и не курит. Значит об Уэббе заботится не нужно. Но странное дело, кроме криков Моссфелда и сопения больше ничего не слышно, хоть тут и куча народу. Наверное, я и вправду переборщила. Ну и ладно. Пусть думают, что хотят.
К Уилу немедленно поспешил брат Мерринг.
- Даймэ, можно было полегче?
- Так получилось.
- У тебя серьезные неприятности. Поговорим завтра. После праздника.
- Как пожелаешь. Только на Дэйгуна не рассчитывай. Он завтра уходит в Топи. Покапаешь ему через пару неделек.
Уил продолжал выть. Тихо постанывал Уэбб. А фоном служило недоброе шушуканье.
- Неудивительно, что ты такая. С таким-то воспитанием. Вернее с его отсутствием.
- Мерринг, можешь говорить обо мне что хочешь. Дэйгуна оставь в покое. А твою проповедь и вопли его мамочки-истерички я послушаю завтра. Проследи, чтобы она за мной сегодня не увязалась и не испортила праздник твоим драгоценным людям. И вылечи ты наконец Эми. Нам еще много чего надо сделать, а Моссфелдам уже нет.
Дальше у нас по списку состязание талантов. Пожалуй, оставлю это нашей звезде Эми. Хотя, на мой вкус, лучшим ее номером навеки останется прошлогодняя пьяная оперетта. Про то, что происходило в антракте, я вообще молчу.
Пока Эми с миной триумфатора разбивала заклинанием хилую бочку, которая не рассыпалась только благодаря куриному помету, я с тоской смотрела на бочки с медовухой Бэкменов. Возле них нес вахту пьяный и счастливый дядя Питни. Его широкую улыбку видно даже отсюда. Проходящих мимо женщин он приветствовал широким взмахом старой засаленной шляпы и глубоким поклоном, словно он был не посреди деревенского двора, наполненного визгами свиней и гоготом голытьбы, а в наполненном золотым сиянием и звуками вальса бальном зале. Старый безмятежный пройдоха Питни всегда мог рассчитывать на щедрость даже такого сухаря, как пасечник Лазло Бэкмен. Детские васильковые глаза на лице беззубого старика всегда гарантировали ему пинту медовухи, несмотря даже на то, что Йоки Лэннон, сварливая дочь Питни, которая выглядела словного его жена, обязательно потом устроит разбор полетов Бэкмену. Завидев меня, Питни фантазийно помахал все тем же головным убором невразумительного цвета и склонился, словно особе княжеских кровей. Эффект правда несколько подпортило мощное «Иииик!» в апогее поклона, но все же получилось довольно мило. Надо будет не забыть насолить Йоки. Меня поносить всяко веселее, чем пилить старика, так что карга обязательно клюнет.
Наконец, охи да ахи возле Эми отзвучали. Что там у нас по списку? Состязание Плутов. Явно что-то унылое. Ну не хочется мне рыться по сараям да овинам в поисках побрякушек. Как там было: если не хочешь делать это сам, заставь это сделать других? Нет, там было не так, но звучит неплохо.
- Идем.
- Куда ты, Даймэ? Тармас ведет состязание Плутов. Он в другой стороне.
- Бивил, для тебя у меня особое специальное сверхсекретное задание – иди купи орешков в меду. Эми их просто обожает.
- Нет, это ты их обожаешь, а не я, - сварливо сказала Эми.
- Точно. Поэтому шуруй с Бивилом и выбери то, что любишь ты.
Так, где тут у нас поблизости бестолковое столпотворение? Мое внимание привлекло оживленное улюлюканье возле загона со свиньями. Небось, конкурс фермеров-фанатиков проводят. Идеальные условия для маленького воришки. Заприметить его оказалось нетрудно. Пацан хоть и ловкий, но до профи ему, как до пика Селестии. Выждав момент, я поймала его на горячем, что, конечно же, привлекло внимание раскрасневшегося от эля и горячих споров явно не местного фермера.
- Ах, простите, дяденька, что толкнули вас. Я просто обрадовалась, что братишку нашла. Чуть было не потеряла его в этой толпе. Идем, Эдик, - реплику я приправила чем-то вроде очаровательной улыбки и быстро потащила «Эдика» в укромное местечко.
- «Эдик»? Это ж надо придумать такое отстойное имечко, - босоногий и конопатый мальчишка недовольно поморщил нос-картошку.
- В самый раз такому отстойному воришке, как ты, Кипп.
- Это кто отстойный?!
- Ты, конечно. Тот увалень не почувствовал твои неловкие руки только потому, что был так пьян, что не почувствовал бы и укол вилами в жопу.
- Да что ты в этом понимаешь? Знаешь, сколько времени я уже живу только за счет моих умений? Знаешь, на что я способен?
- Не-а. Можешь не надрывать тут глотку. Я словам не верю. Ты же меня знаешь. Как тогда, с ресницами василиска, не забыл?
- Как же! Тут забудешь. Стащила эти чертовы ресницы, а потом еще наклеила на мою любимую жабу и подкинула Тармасу. Он до сих пор грозится украсить мне морду бородавками.
- Сам напросился, меньше надо было язык распускать. Только это и умеешь.
- А вот и нет. Я с тех пор многому научился.
- Докажи.
- Как?
- Состязание Плутов. Его устраивает Тармас. Пройди его ловушки и заманухи – и я признаю, что ты сделал и меня, и Тармаса.
- Так просто?
- Ага.
- Хахаха! Это просто умора. Там перышки надо найти, если ты не знала. И два из них уже у меня. Так что…
Мальчишка начал рыться в глубинах своего тряпья.
- Ты про эти, что ль? – помахав двумя цветными перышками перед лицом мальчишки, спросила я.
- Когда же?.. Как…
- Встретимся у стрельбища, когда найдешь третье перо, Эдик.
Мальчишка крепко чертыхнулся и скрылся за углом.
По дороге к Тармасу наткнулась на Бивила с Эми, которые с потерянным видом искали меня взглядом.
Пока мы слушали задание-стих Тармаса, я сосредоточенно жевала орешки в застывшем твердом меду, дабы не расхохотаться посреди высокого слога волшебника. Он так старательно отводил взгляд от торчащих из моего кармана кончиков ядовито-ярких перьев.
- Твои стихи просто ужасны, Тармас.
- Спасибо, я знаю. Но я просто профан по сравнению с одним бардом-кобольдом, с которым мне когда-то пришлось путешествовать на телеге. Он ни на секунду не прекращал декламировать свои стихи, в которых самая изящная рифма была «пузырь» и «печаль».
Специфический персонаж, этот Тармас. Но с ним бывает весело.
- Кто бы мог подумать, что я буду еще заниматься рифмоплетством. Причем на празднике в болотистом захолустье, где развлекаются тем, что лупцуют друг друга, приучают детей к воровству и меряются тучностью свиней. Ха! Как будто свиньям признание нужно! Короче, валите за перьями.
- И тебе хорошего дня, Тармас.
Пока Кипп будет искать третье перо, можно закончить последнее состязание. Наконец-то! Осталась стрельба всего-то. С этим проблем вообще не будет. Дэйгун научил меня стрелять раньше, чем говорить «здравствуйте».
- Здрасте, дядя Дейгун, - скромно поздоровалась Эми. Эхом ей вторил Бивил. Отчего-то они чувствовали себя не в своей тарелке рядом с моим отчимом. Да уж, он не из тех, кто создает ощущение комфорта в беседе. Ответом им был короткий кивок.
- Даймэ, нужно сбить пять из десяти бутылок как минимум. Это пока лучший результат на сегодня. Сбей все. Сэкономь время и себе, и мне.
- Угу.
Плавно натянув тетиву, я отправила в полет стрелу. Хоть и пущенная с не очень хорошего лука, она все равно запела и безошибочно нашла цель. Стеклянные осколки на тысячные доли секунды плясали в лучах спешащего к горизонту солнца. Вскоре вторая бутылка рассыпалась солнечными зайчиками. Потом третья. За ней четвертая и пятая.
- Я слышал ты сегодня отличилась.
Шестая.
- Ты о Моссфелде?
Седьмая.
- Это было необходимо?
Восьмая.
- Он это заслужил. Я сделала, как считала нужным.
Девятая.
- Ладно.
Десятая бутылка лопнула, словно мыльный пузырь, орошая землю сверкающими каплями остатками влаги из своих недр.
Ну вот. Дело осталось только за Киппом. Малый он проворный, так что ждать пришлось ровно одну порцию орешков.
- Вот перо. Теперь ты убедилась?
- Премного благодарна, неуловимый и могучий Эдик.
- Еще раз так меня назовешь и я ночью стащу твои трусы и повешу над дверьми таверны, - мальчишка скорчил грозную, в его понимании, рожицу, но получилось больше похоже на хомячка, что спрятал семечки за щеками.
- Не, зеленоват еще. Хотя ты неплохо справился. На тебе сувенирчик на память.
Кипп ловко схватил серо-зеленоватый камешек в полете и уставился на него.
- Это жабий камень, Кипп. Жабы его обожают. Если подержать камень перед жабой так, чтобы она его видела, она скакнет к нему с таким видом, будто хочет его схватить. Можешь подарить своей жабе Лизе как приданое, слышала у нее появился жених. Если вдруг марьяж не заладится – впаришь Тармасу. Это магический камень.
Глаза Кипа засияли, как слезы Селун. Ничто в мире не вызывало у него такого восторга, как жабы и все, что с ними связано.
Когда мы оставили воришку наедине с его сокровищем, Эми недоуменно спросила:
- Это не в твоем стиле дарить магические амулеты детишкам, Даймэ. Ты же соврала, да?
- Нет. Этот камень в народе считают оберегом от ядов и пожаров. Правда я умолчала о том, почему он называется жабьим. Жабий камень добывают, сунув жабу в муравейник, чтобы муравьи объели ее до костей. Не думаю, что Лизе он понравится. Ах да, еще одно – я стащила его у Тармаса.
- Жестоко. Ты демон, Даймэ.
Мой смех утонул в шумящем потоке оживленной ярмарки.
Позже мы будем пить стащенную бэкменскую медовуху из выигранного Кубка Жатвы. Эми как всегда быстро охмелеет и будет пытаться оседлать свинью-победительницу конкурса этого года, попутно обнаружив, что свинья была магическим путем увеличена. Ох, будет такой скандал с последующим массовым мордобоем! Но Льюи Джонс, который и подложил всем свинью, выйдет сухим из воды. Впрочем, как и Кипп, стащивший свиток увеличения у торговца.
Но вряд ли в следующем году Лазло будет говорить что-то вроде «Эми, даже не вздумай смотреть в сторону медовухи. Я еще помню, как ты ездила верхом на свинье этого проходимца Льюи. Черт бы его побрал! Я так и знал, что он сжульничал тогда!». Вряд ли Йоки будет бранить доброго пьянчугу Питни. Вряд ли я буду жевать орешки в меду. Почему? Потому что сюда уже идет беда. Но пока - шшшш. Западная Гавань спит.